А как-то однажды зимой, волки, обежав в поисках оленей все распадки и хребты, обнаружили, наконец-то, небольшой табун, но никак не могли подкрасться к нему для успешной атаки: бдительные олени не позволяли приближаться, а догнать их по глубокому снегу узколапые хищники не могли. Вот если бы весной, да по насту!
Смельчак понимал, что стаю выдаёт резкий волчий запах. И тогда перед нападением волки, следуя примеру главаря, долго тёрлись о политый мочой снег и свежий помёт оленей. Эта немудреная процедура позволила подойти к табуну настолько близко, что удалось зарезать разом важенку и престарелого рогача. Стая попировала и залегла на долгожданный отдых. Наткнувшиеся на место трапезы охотники вспугнули зверей. Объевшиеся волки убегали поначалу непозволительно медленно и тяжело, но, когда меткий выстрел уложил одного из них, они тут же изрыгнули съеденные куски мяса на снег, и ушли от преследователей. Одна из пущенных вдогонку пуль настигла ещё и замыкавшего цепочку волка. Раненый зверь зашатался. Промокшая от крови и снега шерсть слиплась клочьями. Изнемогая, волк повернулся к бегущим на снегоступах стрелкам, и достойно встретил смерть. Остальные члены стаи укрылись в окрестностях пещер, куда охотники никогда не заходили.
Корней, как никто изучивший повадки Смельчака, давно уверовал, что вожак стаи — слуга диавола. Не мог же Господь наделить столь выдающимися способностями такое чудовище!
Но и Смельчак тоже хорошо знал своих гонителей. Особенно Корнея, чуя в нём сильного противника и тушуясь от уверенного и спокойного взгляда его проницательных глаз. Волк привык видеть в глубине зрачков любого встретившегося ему на пути существа затаившийся страх, часто панический, в глазах же этого парня горел особый огонь и взор был смелый и неустрашимый. Хотя он и смущал Смельчака но, вместе с тем, непостижимым образом и притягивал.
Осмотрительно избегая прямой стычки с Корнеем, Смельчак, чтобы доказать своё превосходство, замыслил прикончить его верного товарища — Лютого, тем более, что стая давно точила клыки на слишком независимого и ловкого кота. Но Лютый был не дурак: спал только на деревьях, а уж чуткости у него было несравненно больше, чем у волков. Однако удобный случай поквитаться им вскоре представился.
По следам волки прочитали, что кот повредил лапу. И действительно, когда они вскоре увидели рысь, она сильно хромала. Не воспользоваться таким шансом было глупо, и вожак с ближайшими приятелями пустились в погоню по склону крутого отрога. Спасаясь от преследователей, кот побежал, заметно припадая на переднюю лапу. Бежал он с трудом и даже дважды неловко растянулся на камнях. Свора, вдохновлённая доступностью жертвы, прибавила ходу и уже предвкушала скорую расправу, но, почти настигнутый, Лютый успел заскочить на узкую горную тропу и, скрыться за скалистым ребром, где в засаде стоял Корней с дубиной. Он пропустил рысь, а затем по очереди молча посшибал в пропасть всех выродков, выбегавших из-за поворота.
Благодаря понятливости и бесстрашию Лютого, хитроумный замысел удался на славу. Кот, гордясь убедительной игрой, важно подошёл к другу. На дне пропасти лежала груда окровавленных тел. Но самое невероятное во всей этой истории было то, что бестия Смельчак, повинуясь своему особому чутью, остался внизу. Увидев сияющего Корнея, спускавшегося с вполне здоровым Лютым, он понял, что оно его и на этот раз не подвело. Проводив недругов ненавидящим взглядом, Смельчак осторожно поднялся по тропе и обнаружил, что всё его ближайшее окружение погибло.
Утрата верной шайки была для него сильнейшим ударом. Лишь на следующий оправившись от потрясения, он разыскал основную стаю в глухом распадке. Волки дремали, лениво развалясь в самых немыслимых позах, в тени деревьев. Заметив Смельчака, они по привычке встали, но смотрели на него напряженно, даже враждебно. Воспользовавшись его отсутствием, верховенство в стае захватил Широколобый. Видя, что вожак один, без свиты, он вообще осмелел и подчёркнуто демонстрировал своё непочтение. Назревала схватка.
Смельчак понимал, что должен, во что бы то ни стало, осадить самозванца, но праздный образ жизни последних лет не прошёл даром: он утратил былую силу и ловкость. Однако, даже отдавая отчёт, что может уступить Широколобому, гордыня не позволяла Смельчаку добровольно сдать власть.
Склонив набок голову Широколобый настороженно следил за каждым движением вожака. Чуть приоткрытая пасть придавала его морде выражение абсолютной уверенности в победе. Взбешенный Смельчак подскочил к нему. Соперники, ощерившись, встали друг против друга, демонстрируя решимость отстоять право быть вожаком.
Уже были показаны белые, как снег, клыки, поднята дыбом шерсть, наморщен нос, неоднократно прозвучало устрашающее рычание, а они все стояли, не двигаясь с места. Наконец Широколобый, от ступая назад заставил Смельчака идти на сближение, а затем, уверовавшего в себя, сделать бросок. Широколобый только и ждал этого: отпрянув в сторону, он неуловимым боковым ударом сбил противника с ног и, нависнув над ним, принялся, остервенело трепать загривок.
Смельчак вырвался, но сильно ударился виском о дерево и, метнувшись в чащу, помчался прочь. Ещё ни когда не чувствовал он себя таким униженным.
Уже давно заглохли последние верховые запахи стаи, а Смельчак все шел и шел, кипя от обиды и бессильной злобы. Наконец, он добрался до местности, где зияли тёмные глазницы пещер. Эта окраина Впадины была богата зверьём, а следы пребывания людей здесь вообще отсутствовали.
Постепенно Смельчак свыкся с участью изгоя, и стал жить бирюком. Иногда, правда, наваливалась невыносимая тоска, но, не желая выдавать себя, он воздерживался от исполнения заунывной песни о своей доле. Чтобы облегчить душу, он в такие минуты лишь тихо и жалобно скулил, уткнув морду в мох.
Как-то стая Широколобого, перемещаясь по Впадине в след за стадом оленей, случайно столкнулась со Смельчаком. Волки с полным безразличием прошли мимо низвергнутого вожака. Даже бывшая подруга отвернула морду. От унижения и позора Смельчак так стиснул клыки, что на одном из них скололась эмаль. Ему, всю жизнь одержимому стремлением к главенству, жаждой превзойти других, видеть такое нарочитое пренебрежение было страшной мукой, но приходилось терпеть. Невольно вспомнилась волчица Деда: та не отходила от смертельно раненого супруга ни на шаг, а когда тот околел, еще долго тихо лежала рядом, положив передние лапы на его остывающее тело.
Потеряв за время царствования охотничью сноровку, Смельчак вынужден был довольствоваться мелкой и, как правило, случайной поживой. Зато, хорошо разбираясь в оттенках голоса ворона-вещуна, он легко определял, когда тот находил падаль, и , получив сигнал, не гнушался сбегать подкрепиться на дармовщину.
Однажды, переев протухшего мяса, Смельчак чуть не сдох. А после поправки уже не мог даже приближаться к падали — его тут же начинало рвать. Разучившись быстро бегать, он приноровился размеренно и упорно, с присущей волкам выносливостью ходить за добычей часами, а порой и сутками. Безостановочно шел и шел, не давая намеченной жертве возможности передохнуть, подкрепиться. Преследуемый зверь, поначалу, уходил резво, метался с перепугу, напрасно тратил силы. Постепенно у него тяжелели ноги, клонилась к земле голова. Расстояние между ними медленно, но верно сокращалось. Страх близкой смерти парализовывал жертву, лишал последних сил. А Смельчака же близость добычи наоборот возбуждала. Наконец наступал момент, когда вконец измотанный загнанный зверь, чуя неминуемую погибель, смирялся и останавливался уже равнодушный ко всему и, когда Смельчак подходил к нему, то тот, как правило, даже не пытался сопротивляться.
Волк потихоньку восстанавливал былую форму и, к следующей зиме проблем с пищей не испытывал.
В один из знойных полудней, дремавший на лесине Смельчак проснулся от хруста гальки и плеска воды: кто-то переходил речку. Похватав налетные запахи, волк уловил аромат лосихи. Точно: брюхатая корова осторожно брела по перекату прямо на него. Волк сглотнул слюну. От предвкушения возможности поесть свеженины, в голову ударила кровь.
Когда лосиха остановилась под обрывом, чтобы дать стечь воде, Смельчак выверенным прыжком оседлал ее, вонзил клыки в шею. Очумевшая от неожиданного нападения лосиха, оберегая бесценное содержимое своего живота, опрокинулась на спину и, задрав ноги, с ожесточением принялась кататься по волку. Тот, разжав челюсти, чуть живой, отполз к воде, а потрясённая мамаша удалилась в глубь леса.
Выполняя просьбу травозная деда, Корней, после Тихонова дня, когда солнышко дольше всего по небу катится и от долгого света Господня все травы животворным соком наливаются и вплоть до Иванова дня высшую меру целебности имеют, шел по высокому берегу речки в собирая лопчатку серебристую, необходимую для приготовления лечебного сбора прихворнувшему Проклу. Приседая на корточки он с именем Христовым, да с именем Пресвятой Богородицы срывал ту траву аккуратно, чтобы не выдернуть корни, срывать. Неожиданно Корней ощутил на себе до боли знакомый взгляд. По голове и спине даже озноб пробежал. Неужели Смельчак? Он резко обернулся и внизу у воды увидел невзрачного, всклокоченного волка, но глаза, вернее, один приоткрытый глаз, сразу выдал его. Точно, Смельчак!
— Вот это встреча! Так ты, старый вурдалак, оказывается жив!?
Зверь вздрогнул, ещё сильнее прижал к затылку уши и втиснул голову в речную гальку. В его взгляде засквозили испуг, тоска, чувство полной беспомощности: не было сил даже оскалить знаменитые когда-то клыки. Глаза заслезились: то ли от жалости к самому себе, то ли оттого, что трудно было смириться с участью обречённой жертвы.
А Корней глядел на старого, с обильной проседью в шерсти, зверя сочувственно, можно сказать с грустью. Смельчак отвёл взгляд, тяжело вздохнул. Они поняли друг друга без слов. В какой-то момент у Корнея, вместе с сочувствием, невольно мелькнула мстительная удовлетворённость. Смельчак тут же едва слышно заскулил.
— Нечего плакаться. Получил ты брат по заслугам.
Но просьба волка о пощаде была настолько открыто выраженной, что человек даже смутился. Корней спрыгнул с обрыва на прибрежную галечную полосу и направился к зверю. Тот сжался, дернул грязным, как метёлка, хвостом и всхлипнул от ужаса. Вздохнул ещё раза два и умолк.
— Не бойся, лежачих не бьют, — Корней склонился над зверем и наткнулся на угасающий взгляд ... Волк был мёртв.
Набрав травы, Корней вернулся в хижину и рассказал деду о неожиданной встрече.
— Всё как у людей, — задумчиво растягивая слова, проговорил отшельник, — Кто затевает раскол, от него сам же и гибнет...
Информация о фильме: Название: Сталин Оригинальное Название: Stalin Год выхода: 2008 Жанр: Документальный Режиссер: Hartmut Kavinski
О фильме:
Нет никакой другой личности в современной истории, кто имел бы такое сильное влияние на судьбы миллионов человек как советский диктатор Иосиф Сталин. Он вершил мировую историю и историю государства, в котором проживало 160 миллионов человек и занимающего шестую часть мира. Каждое важное изменение в Русской империи после Октябрьской Революции может быть связано с именем Сталина. Никто никогда не пересчитывал жертв во времена его царствования. Ясно, что во времена его правления миллионы человек потеряли свои жизни.
В сотрудничестве с биографом Сталина Дмитрием Волкогоновым, автор фильма получил доступ к сверхсекретной информации и оригинальным документам в государственных архивах.
Выпущено: Великобритания Продолжительность: 03:31 Перевод: Одноголосый
Середина 40-ых годов. Вот уже почти полвека Корея находится под пятой японских милитаристов. Корейцам запрещено носить корейские имена, говорить на родном языке, повсюду насаждается японская культура. Богатство, реликвии, культурное достояние и исторические ценности Кореи нещадно разграблены и переправляются в Японию. Однажды Наместнику Императора становится известно об одной из величайших реликвий древних времён царствования Силлы, алмазе в 3000 карат, который был символом процветания и 1000-летнего царствования древного королевства и назывался "Сияние Востока". Наместник распоряжается немедленно отыскать реликвию и переправить в Японию. Но алмаз исчезает, и начинается невероятная гонка за похищенной реликвией...
Год выпуска: 2007 Режиссёр: Jeong Yong-Gi В ролях: Park Yong-Woo, Lee Bo-Young, Kim Su-Hyeon, Seong Dong-i, Kim Eung-soo, Ahn Kil-kang
